“Пойми, я не могу родить”🙄🙄🙄
Она сразу услышала скрип кровати и голоса – один голос принадлежал ее мужу, другой – незнакомой женщине. Лия покачнулась, прижалась спиной к стене. Как он мог?! В ее собственной спальне! При этом, где-то внутри, в подкорке, сидела мысль: “Это я виновата, я, а не он!”.
В 1938 году в театре Днепропетровска разгорелся нешуточный скандал: 22-летняя актриса Юлия уже не могла скрывать своё интересное положение. Поговаривали, что виновником деликатной ситуации был рабочий сцены Семен Найхем, однако сама женщина предпочла сохранить тайну и даже не открыла имя отца будущего ребенка собственным родителям.
Как бы там ни было, 9 июля того же года актриса благополучно разрешилась от бремени девочкой. Малышку мать решила назвать довольно редким для тех лет именем — Лия.
Своего отца девочке узнать так и не довелось. А в 1941 году, когда грянула война, Юлия с трехлетней дочкой была вынуждена спешно покинуть родной Днепропетровск и отправиться в эвакуацию в Красноярский край.
В Красноярске в те годы базировался эвакуированный Майкопский (Адыгейский) драматический театр. Юлию с радостью приняли в его труппу.
Режиссером театра являлся Меджид Салехович Ахеджаков. 27-летний мужчина был настолько покорен талантом и красотой Юлии, что вскоре без памяти влюбился в беженку.
К маленькой Лие Маджид Салехович относился с огромной теплотой, что особенно импонировало Юлии. Вскоре актриса ответила режиссеру взаимностью, и влюбленные сыграли свадьбу.
Меджид Салехович, желая оградить падчерицу от жестоких разговоров о “безотцовщине”, официально записал девочку на свою фамилию и отчество.
Семейная жизнь сложилась счастливо. Меджид души не чаял в супруге, а она, в свою очередь, была бесконечно признательна ему за ту искреннюю отеческую заботу, которую он проявлял к Лие…
