1 августа 1978 года у Грибоедовского дворца бракосочетаний в Москве творилось нечто невообразимое. Десятки западных журналистов, вооружённых камерами, штурмовали вход. Милиция и люди в штатском выстроили живой коридор. Корреспонденты кричали что-то на английском, французском, греческом. Но внутрь не пустили ни одного иностранного репортёра. Газета «Вашингтон пост» вышла с репортажем об этом событии уже на следующий день. А советские газеты, как по команде, молчали.
В этот день обычный, на первый взгляд, советский чиновник Сергей Каузов женился на женщине, чьё состояние оценивалось в сумму, от которой у любого нормального человека закружилась бы голова. Его невестой была Кристина Онассис, единственная наследница величайшей судоходной империи мира, дочь легендарного Аристотеля Онассиса. Богаче её в тот момент считалась разве что королева Елизавета II.
Как советский клерк со стеклянным глазом покорил сердце женщины, у ног которой лежал весь мир? Почему КГБ, Политбюро и лично Брежнев решали, быть или не быть этому браку? И что стало с островом, на котором покоится прах всей семьи Онассис? Эта история, невероятная даже по меркам Голливуда, разворачивалась в самом сердце холодной войны.
ДЕВОЧКА, КОТОРОЙ ПРИНАДЛЕЖАЛ ЦЕЛЫЙ МИР
Кристина Онассис родилась 11 декабря 1950 года в Нью-Йорке, в семье, где деньги давно перестали быть целью и стали средой обитания. Её отец, Аристотель Онассис, был, пожалуй, самым знаменитым богачом планеты. Грек, начинавший с торговли табаком в Аргентине, он создал гигантскую судоходную империю и жил так, как не снилось большинству королей. Его яхта «Кристина О», названная в честь дочери, была плавающим дворцом, на палубе которого собирались президенты, кинозвёзды и оперные дивы.
Но роскошь не заменяла семейного тепла. Мать Кристины, Афина Ливанос, происходила из семьи другого судостроительного магната. Брак родителей распался, когда девочке было девять лет. Отец менял возлюбленных, мать искала утешения в запрещенных вещствах. Дети, Кристина и её старший брат Александр, росли фактически при прислуге, переезжая между Францией, Англией и Грецией.
А потом в жизнь семьи Онассис вошла Жаклин Кеннеди. В 1968 году Аристотель женился на вдове убитого американского президента. Свадьба состоялась на крохотном острове Скорпиос в Ионическом море, который Онассис купил в 1962 году за смехотворные 3,5 миллиона драхм и превратил в райский уголок. Для Кристины мачеха стала ещё одним ударом. Она чувствовала себя преданной.
Дальше трагедии посыпались одна за другой. В январе 1973 года брат Александр, единственный наследник империи по мужской линии, разбился на учебном самолёте в Афинах. Ему было двадцать пять лет. Мать Кристины умерла в 1974 году, предположительно от передозировки. А в марте 1975 года скончался и сам Аристотель Онассис. Ему было шестьдесят девять лет, он страдал миастенией, и говорили, что смерть сына сломила его окончательно.
В двадцать четыре года Кристина осталась круглой сиротой. Единственной хозяйкой состояния, которое оценивалось в сотни миллионов долларов, и крупнейшего частного торгового флота в мире. Одинокой, несчастной, отчаянно ищущей любви.
ЧЕТЫРЕ МУЖА И НИ КАПЛИ СЧАСТЬЯ
К двадцати пяти годам за плечами Кристины было уже два неудачных брака. Первым мужем стал калифорнийский девелопер Джозеф Болкер, который был старше её почти вдвое. Этот брак в 1971 году стал открытым вызовом отцу, Аристотелю, который пришёл в ярость. Семейство Онассис применило всё своё влияние, и через девять месяцев Кристина подала на развод.
Вторым мужем в 1975 году стал грек Александр Андреадис, сын богатого банкира. Этот союз казался разумным, одобренным деловыми кругами. Но любви в нём не было, и через два года всё закончилось. Кристина была разочарована, одинока и, по свидетельствам близких, всё глубже погружалась в депрессию.
Именно в таком состоянии она прилетела в Москву.
ЧЕЛОВЕК СО СТЕКЛЯННЫМ ГЛАЗОМ
В 1976 году 26-летняя Кристина Онассис прибыла в столицу СССР, чтобы продлить контракт компании Olympic Maritime с советским Министерством морского флота на перевозку зерна. Огромные танкеры, унаследованные от отца, возили американское зерно в Советский Союз, и контракт нуждался в продлении.
Одним из членов рабочей группы «Совфрахта», советского фрахтового агентства, был 35-летний Сергей Данилович Каузов. Он меньше всего походил на героя любовного романа. Невысокий, лысеющий, в детстве потерявший правый глаз в результате несчастного случая и носивший стеклянный протез. Коллеги за глаза звали его Циклопом.
Но те, кто знал его ближе, отмечали совсем другое. Каузов окончил московскую спецшколу, блестяще владел несколькими иностранными языками, включая английский и французский. Его мать, Мария Сергеевна, работала на «Мосфильме» ассистентом режиссёра и, в частности, помогала Юлию Райзману на съёмках знаменитого фильма «А если это любовь?», где свою первую большую роль сыграл Андрей Миронов. Каузов вырос в атмосфере, пропитанной культурой, был начитан, остроумен и умел произвести впечатление.
На старой московской квартире в Протопоповском переулке, где когда-то жила наследница Онассиса, теперь располагается офис. Самого Каузова там, разумеется, давно нет. Но формально, по данным адресных бюро, Каузов Сергей Данилович до последнего времени оставался прописан по этому адресу.
А на острове Скорпиос, где бродят тени Аристотеля Онассиса и Жаклин Кеннеди, где под кипарисами покоится прах Кристины, теперь звучит русская речь и строится элитный курорт. Как любил говорить классик, скучно жить на этом свете, господа. Впрочем, глядя на эту историю, не скажешь, что он был прав.
